Позже, собачек Лхасы в качестве ценного дара ламы посылали в Пекин. Известно, что в 1644 году далай-лама послал тибетских собачек как дорогой подарок китайскому императору из династии Маньчжоу. Видимо, китайцы стремились придать тибетским собакам совершенно другой вид, характерный для китайских пород. Для этого они скрещивали апсо со своими дворцовыми собачками гойкхи (предками пекинеса) и старались разводить их в чисто черном или рыжем окрасе.
Один из вариантов перевода названия породы ши-тцу - «дарящий счастье» или «носитель мира». Поскольку Китай был более сильным соседом Тибета и неоднократно пытался завладеть им, то покупать мир приходилось ценой дорогих подарков, в числе которых и были собачки апсо, символизировавшие в средневековом Тибете мир, покой и счастье. Другое распространенное название ши-тцу - львиная собачка из Тибета - ши-тцу-коу или ши-тце-коу может объясняться тем, что храбрые собачки Будды превращались во львов, кроме того, в некоторых районах Китая их стригли подо льва, имел значение, наверное, и отважный характер.
В 1653 году тибетский далай-лама, собираясь нанести визит китайскому императору, повез в подарок несколько собачек-львов. Не было более ценного подарка, который могли бы сделать жители Тибета. Там эти собачки были культовыми животными: их обожествляли, держали в храмах и поклонялись им, считая, что в них переселяются души умерших жрецов. Дорога от «Вершины мира» до Китая протянулась на три с половиной тысячи километров, и в те далекие времена требовались долгие месяцы, чтобы ее преодолеть. Но вот, караван с ламой и собачками через десять месяцев достиг Пекина, и за это время собачки успели завести потомство. Так началась новая, самая блистательная эра ши-тцу.
«На колени! Идет ши-тцу!» - Почтенно склонялись при этих словах придворные, зная, что сразу же вслед за маленькими, летящими впереди собачками появится и сам император Китая со своей свитой...
На протяжении столетий собачка-лев считалась привилегией только императора, а аристократическим семьям ее преподносили в подарок в знак особого расположения. Не могло быть и речи о том, чтобы продать или купить щенков ши-тцу.
Разведением занимались евнухи в закрытых помещениях дворца, заботясь о питомцах, ухаживая за шерстью, расчесывая и моя ее. Императрица Тцу-Хши, особенно любившая этих собачек, проводила в закрытых покоях долгие часы, и каждому песику доставалась частица императорской любви и ласки. Придворные поэты так описывали ее любимцев: «Жемчужины, упавшие с прекрасных губ Ее Величества Несравненной Тцу-Хши, императрицы Земли Цветов».
В те давние времена отбор лучших особей проводился по рисункам, наиболее понравившимся правителю. Особо ценным окрасом считался золотистый - цвет китайских императоров, с белым пятнышком на лбу - знак Будды, и белым кончиком хвоста.Желтый или золотой цвет всегда считался цветом императора, поэтому и ценился особенно. Однородный желтый окрас называли «чинь-чиа-хуан-пао», что означало «золотистая кольчуга, желтое платье». Желтый окрас с белым воротником назывался «чинь-пи-ю-хуан» — «золотистая накидка с белым жадеитовым воротником». Желтые собаки с белой головой описывались как «золотистый бассейн, защищающий луну», а желтые пятна на белом фоне — как «обметывающие вышитые шары». Желтый окрас с белым хвостом считался ни чем иным, как «бело-золотистой жадеитовой вазой», а желтых собак с белыми лапами называли «золотистый верблюд на заснеженной горе». И далее в том же духе.
Уже в то время китайские селекционеры отмечали зависимость некоторых экстерьерных признаков от окраса. Белый окрас был нежелателен, ибо у таких собак отмечались маленькие глазки, розовые веки, прямые носы, заостренные морды, выступающие вперед зубы, тонкие ноги, острые уши. У серых собак отмечали длинную, густую и кудрявую шерсть с примесью небольшого количества черных и белых волос — «со-йи-вон» («старик в травяном плаще»). Так, известный заводчик ши-тцу мадам Лю обнаружила, что ши-тцу с жесткой шерстью более агрессивны и драчливы, нежели их мягкошерстные собратья, а черные и коричневые собаки более свирепы, чем светлые или желтые. Собак сплошного черного окраса называли «йи-тин-мо», что приблизительно переводится как «много чернил».
Использованные материалы:
Ольга Мищиха, «Друг», 08/2000
Евгения Попова, «Мир собак», 12/1995
